Формальные признаки

Тысяча, царь, у тебя  боевых колесниц…

Воинов пеших десятка три тысяч….

Кто же посмеет теперь с нами спорить!..

Этот гимн свидетельствует о том, что с образованием новых сословно-политических групп эпос перестает быть объективным с точки зрения всего общества в целом и начинает удовлетворять потребностям только аристократической верхушки. Песня еще сохраняет в себе черты эпики, но   уже   приспосабливается   к иным целям. Она славит того, кому служит певец. Насколько эпична ее первая часть, настолько же тенденциозна вторая. Каждая строфа восхваляет царя как опору чжоуских ванов за благочестие, силу, доблесть и кончается пожеланием царю долголетия и здравия.

Раньше такие песни посвящались предкам, теперь же они исполнялись в честь царствующего лица. Не случайно в целом ряде песен, аналогичных по содержанию и форме второй части «Уединенного храма», появлялся «певец». Таков гимн «Тыквы взрастают одна за другой на плетях» (111,1,3), заключение которого шло от первого лица (четыре раза повторялось «я же скажу»), в других случаях («Небо рождая людей», «Сосна-гора высока» 111,111,5) певец даже называл себя по имени — Цзифу. Об этом же свидетельствовали и песни «В шестую луну», «Сбирали просо». Они исполнялись па пирах, и певец, по-видимому, не забывал польстить и гостям, и хозяину.

Формальные признаки также дают основание в целом ряде случаев предположить творчество певца — мастера своего дела. Он отлично знает сказания и народные песни, хорошо в них ориентируется при импровизации, используя выработанные народом художественные средства.

Среди них наблюдаются такие типичные для эпического повествования приемы, как чрезвычайно детализированное описание. В песне «Державный» с большими подробностями повествуется о второстепенном по значению эпизоде — расчистке земель:

Всю землю  вокруг расчищали

От деревьев гнилых  и засохших.

Привели все в порядок и все разровняли…

(Перевод В. Зайцева)

Другой прием — замедленность повествования — наблюдается в изложении захвата чунской крепости. Здесь по существу повторяются строки из наставления владыки:

С твоими братьями на Чун пойдешь. И колесницы поведешь, Взяв лестницы  осадные, тараны. И стены приступом возьмешь.

К этим двум приемам, тесно друг с другом связанным, присоединяется п третий прием эпического повторения, который включает постоянные эпитеты и повтор строк в рамках одной песни, встречающиеся в других жанрах, но и особый прием — повторение типических или общих мест.

Выше уже говорилось о сходстве в родословных в трех гимнах. Но и, кроме того, первая строфа «Уединенного храма» представляет собой краткий пересказ целой песни «Рождение народа» с дословным повтором одних строк и сходным строением других. В песнях повторяются и отдельные факты. Например, сообщение о том, что Тайбо «поселился на южном склоне горы

Двуглавой», передается одними и теми же словами в гимнах «Державный» и «Уединенный храм». В гимнах «Светлая, светлая доблесть» и «Уединенный храм» в одних и тех же выражениях рассказывается о победе Воинственного над иньцами:

Без колебаний  вступил на равнину Муе. Неба владыка снисходит к тебе.

Итак, в песнях использовался широко известный материал, для изложения которого уже была выработана определенная форма и отобраны факты. При расширении и сокращении допускались лишь небольшие отклонения. Этим объясняется то, что в гимне «Светлая, светлая доблесть» после битвы при Муе следует описание колесницы и коней, прославление сподвижника Воинственного и констатация победы; «Иньскую мощную рать разбивает У ван». Описание той же битвы в «Уединенном храме» отнюдь не является самоцелью, поэтому здесь говорится лишь, что царь «разбил иньскую рать», что были там и его соратники. Факт один и тот же, но в первом гимне он более конкретизирован.

Комментарии закрыты.