Созданием коллективного народного творчества

Типичными образцами фольклора являются басни, в которых фигурируют животные, например, мудрая ослица Валаама, или растения. Особенно интересно повествование о деревьях, выбирающих себе царя. Благородные представители флоры — маслина, смоковница и виноградная лоза — отказываются от сомнительной чести властвовать над другими. Только зловредный и хвастливый терновник радостно соглашается принять власть и грозится спалить кедры ливанские. Мораль басни ясна. Вольности родового строя еще сохраняли свою привлекательность, и недовольство царской властью часто прорывалось наружу.

Созданием коллективного народного творчества, уходящего своими корнями в глубь веков, являются притчи, запись которых относится в основном к VIII—VII вв. до н. э. Особенно обращает на себя внимание прославление труда, проходящее красной нитью через эти лаконичные изречения:

Пойди к муравью, ленивый, посмотри на действия его и сделайся мудрым: он не имеет ни начальника, ни надзирателя, ни правителя; заготовляет хлеб свой лотом, собирает пищу свою во время жатвы.

Многие изречения посвящены противопоставлению добродетельной жены и блудницы, осуждению сварливой женщины («лучше жить на углу кровли, чем со сварливой женой в общем доме») и другим семейным мотивам.

Таковы разнообразные формы устной поэзии, наложившей свои отпечаток на литературное творчество последующих веков и прорвавшейся сквозь богословские наслоения в текстах.

Образование рабовладельческой монархии приводит к серьезным сдвигам в древнееврейской литературе. Устное творчество все больше уступает место письменному. При дворе появляются писцы, работающие по указанию свыше. Вельможи и жрецы также овладевают грамотой, используя очень удобный финикийский алфавит. Хотя сюжеты черпаются в значительной степени из фольклора, по они перерабатываются в придворной и аристократпческо-жреческой среде, проникаясь тенденциями господствующего класса. С другой стороны, дает себя чувствовать знакомство с вавилонской и египетской поэзией.

Впрочем, на первых порах дело ограничивается простой записью популярных произведений. Так, уже в X в. появляются два сборника песен: «Книга войн Ягве» и «Книга праведного», дошедшие до нас лишь в отрывках.

Записываются также многие, хотя далеко не все, произведения ораторского искусства.

В Библии неоднократно упоминаются выступления добровольных ораторов у ворот города, на площадях и даже у входа во дворец. Выступали все желающие, независимо от пола и социального положения. Когда войска царя Давида осаждали город Авел-Бет-Мааху, где укрылись повстанцы, то одна простая женщина выступила перед народом с призывом покориться царю и выдать главного зачинщика (II кн. Самуила 20, 22).

В притчах Соломона упоминается даже разумный раб, очевидно, такого типа, как вавилонский раб-мудрец, ведущий беседу со своим господином.

Особенно крупную роль в развитии ораторского искусства сыграли пророки. Это были предсказатели и гадатели (иногда чудотворцы), выступавшие со своими проповедями и призывами перед народом, особенно во время праздников. Некоторые из них были связаны с двором («царские пророки»), другие были выходцами из народа и смело обличали царей. От VIII—VI вв. дошли до нас многочисленные речи народных пророков, что дает право говорить о пророческом движении. Наиболее известными из них являются: Амос — простой пастух, Исайя и Иеремия. С необычайной страстностью обличают пророки грехи израильского и иудейского народов. Наряду с религиозными прегрешениями — идолопоклонством, многобожием, большое внимание уделяется политическим и особенно социальным вопросам, трактуемым с религиозно-этической точки зрения. Вскрываются язвы рабовладельческого строя — ростовщичество, обезземеливание крестьян, долговое рабство, неправый суд. Например, Амос восклицает:

Комментарии закрыты.