Идея, которая живет

Творческие проекты

Идея, которая живет

Идея, которая живет

Предварительные итогипрограммы «Открытая сцена» подводят театральные критики. Оценкиэкспертов послужили основой для формирования афиши и проведения Первоготеатрального фестиваля «Открытая сцена» в Центре им. Вс. Мейерхольда в сезоне 2004-2005 г.г.
Наталья Каминская
Когда Экспертный совет решает дать гранттому или иному претенденту, даже если мы хорошо знаем возможностикандидата, никакой гарантии успеха быть не может. Никто не застрахованот неудачи. К примеру, спектакль «Учитель ритмики», поставленныйВладимиром Агеевым в Театре на Малой Бронной нельзя назвать удачей, но у него есть другие прекрасные спектакли. Если исходить в целом из этойточки зрения, то гранты за редким исключением распределены правильно.Особенно я поддерживаю инициативы, направленные на поддержку Центрадраматургии и режиссуры п/р А. Казанцева и М. Рощина, молодыхдраматургов, которых собирает Театр.doc, Центра Мейерхольда с античнойпрограммой. Однако не могу поддержать тех заявок, которые поступают от состоявшихся, известных режиссеров. Получая гранты, они отбираютвозможность у тех, кто делает первые шаги в режиссуре. Правда, и срединовичков попадаются откровенные авантюристы, как авторы «ТоркватоТассо».
Замечено, что большинство спектаклей молодых режиссеров, поставленоименно благодаря программе «Открытая сцена». Как ни модно сегодня зватьмолодые творческие команды в свой театр на постановки, многие директоратеатров не решились бы это делать, не имея на то финансовой поддержки.В результате эта программа дает возможность реализоваться молодымтеатральным силам. Лучшим спектаклем из того, что видела, назову «Школушутов» Николая Рощина. Слабый — уже назвала.
Алиса Никольская
Лучшим спектаклем из списка назову «Любовь к английской мяте» (Независимый театральный проект; режиссер ВладимирАгеев). Редкий пример того, как история, сыгранная в буквальном смыслена двух стульях, может оказаться психологическим действом, ни на секунду не отпускающим внимание. Француженку Маргерит Дюрас у нас почтине знают как драматурга, а одну из главных красавиц отечественногокинематографа Наталью Фатееву почти забыли как театральную актрису.Благодаря «Любви к английской мяте» можно открыть заново обеихдостойных дам, а также получить удовольствие от ювелирной работырежиссера, не имеющего в своем послужном списке практически ни одногонеудачного спектакля. Худших, как всегда, больше, назову «ТоркватоТассо», поставленный Андреем Беркутовым на площадке Музея Пушкина на Пречистенке. Это один из тех случаев, когда количество затраченныхсредств (масштабные декорации, затейливые костюмы) и поднятый вокругшум обратно пропорциональны качеству получившегося продукта.
Татьяна Шах-Азизова
Идем от лучшего к худшему. «Лестничнаяклетка» — лучший спектакль проекта и типичный для театра «Около». Все парадоксально: бытовой как будто сюжет; смешные, странные люди; все смещено, нелепо — и полно поэзии. «Прощеное воскресение» в Театре Наций— очень хорошая пьеса, притча, которую можно перенести на любую почву.Режиссура скупая, не подавляет актрису, которая работает корректно,интеллигентно, но не масштабно. «Трансфер» — путаная пьеса МаксимаКурочкина, режиссура Угарова интереснее в работе с актерам, которые,как Анатолий Белый и Елена Дробышева, точны, глубоки и умеют жить в двух мирах — нашем и загробном. «Белые ночи» Николая Дручека —спектакль «школы Фоменко», в котором не хватает той цельности и простоты, которых требует повесть Достоевского. У Полины Агуреевоймноговато чувствительности и милоты. «Что тот солдат, что этот» в Театре им. Гоголя — работа профессиональная, крепко сбитая, четкая, но в ней мало нерва и остроты, необходимых для этой пьесы. «Любовь к английской мяте» — довольно легковесный опыт, по сути коммерческий,слишком поверхностный для режиссера Агеева. Популярная Фатеева мила, но нет ни остроты, ни загадки. «Мата Хари» в Театре «АпАРТе» —спектакль-экзерсис, школа, тренинг для примадонны Инги Оболдиной,которой надо несколько расширить диапазон и попробовать себя в иномамплуа. «И.О.» — спектакль мог быть легким, острым, гротескным, а сделан тяжело, грубо, безвкусно, что странно для КириллаСеребренникова. «Случай в Ялте» — не скажу худший, но точно самыйслабый спектакль. По замыслу, решению, стилю и прочему. Непонятно, что играют, зачем.
Александра Машукова
Лучший спектакль — «Школа шутов» в Центре им. Мейерхольда. Преждевсего, потому, что группа Николая Рощина из всех других молодыхтеатральных сообществ кажется мне наиболее одаренной, ищущей свой путьи сосредоточенной на этих поисках. Худший — «Ногти, или Десятьпрозрачных полумесяцев», поставленный в «Кинетическом театре»Александра Пепеляева. Много претензии, но мало всего остального —профессионализма, проявлений собственного художественного языка, смысла.
Григорий Заславский
Мне кажется, до сих пор не выработаласьконцепция — что же является инновацией, а что — нет. Почему ИринеАпексимовой, которая работает в области коммерческого антрепризноготеатра (все же есть опыт ее работы, есть зрители и критики, видевшие ее спектакли), дают деньги на мюзикл «Веселые ребята» фактически на равныхс очевидно некоммерческим и по-настоящему инновационным проектом «Театра.doc»? Где граница? Кто ответит на этот вопрос?
Я не против Апексимовой, я — за то, чтобы с возрастом у проекта появлялись критерии. Этого пока нет.
Из того, что видел, я считаю существенным событием постановку «Свадебного путешествия» Владимира Сорокина, хотя спектакль мне и не понравился. Но опыт важен для нашего театра, и потому я приветствуюпостановку Эдуарда Боякова и Илзе Рудзите. «Трансфер» Курочкина —Угарова — один из лучших спектаклей проекта. «Красной ниткой», пожалуй,наиболее соответствует целям и задачам «Открытой сцены». Очевидно, что нигде более этот спектакль не был бы поддержан. Фестиваль молодойдраматургии, семинары драматургов — из числа важнейшихкультуртрегерских акций «Открытой сцены», так сказать, заявка на завтра, которые, к слову, и реализуются завтра — послезавтра, так как кое-что из новых проектов прежде фигурировало в читках «Любимовки».
Павел Руднев
Самыми заметными спектаклями, созданными по грантам «Открытая сцена», очевидно, оказались опера Майкла Наймана,поставленная Натальей Анастасьевой, «Свадебное путешествие» Рудзите –Боякова и «Солдатики» Дмитрия Петруня. Причина успеха — точноесоответствие предназначению: во всех трех случаях без гранта Комитетапо культуре эти сценические произведения не могли бы появиться в репертуаре государственных театров.
В музыкальной Москве нет ресурсов для жанра модерновой камерной оперы —с минималистским оркестром и современными героями, поющими по-русски, —коей является уже классический опус Наймана «Человек, который принялсвою жену за шляпу».
Ни один директор Москвы не рискнул бы поставить пьесу никому не известного драматурга из Стерлитамака — только с легкой руки Комитетапо культуре Владимир Жеребцов, автор «Солдатиков», стал теперьрепертуарным драматургом Москвы. Ни один из столичных театров не взялбы на себя смелость ввести в театральный контекст скандального писателяВладимира Сорокина.
Эту прекрасную закономерность о поддержке неформатных явлений театранужно взять на вооружение при дальнейшем распределении грантов. Ведькуда ни посмотри, «Открытая сцена» стала самой успешной и действеннойреформой театрального бизнеса за последние годы.

«ДА» (Дом Актера), №7 (90) 2004