«Потонувшая» сторона деятельности режиссера в спектакле.


Нам надо научиться видеть «потонувшую» сторону деятельности режиссера в спектакле. И прежде всего понять, почувствовать основную идею спектакля, его трактовку, которая чаще всего зависит от решения основных образов.

Вспомним, к примеру, уже ставшую историей постановку М. Н. Кедровым «Тартюфа» Ж.-Б. Мольера в МХАТе им. М. Горького. Ее называли спектаклем об Оргоне, ибо на первое место вышла не привычная, идущая со школьных времен, связанная с центральным образом проблема лицемерия, а тема доверчивости. И «повинны» в этом режиссер и замечательный артист В. О. Топорков. Его Оргон самозабвенно обожал Тартюфа и горел ненавистью ко всем его противникам. Он не просто жалел, а искренне, всерьез полагал: как они могут подозревать в чем-то нехорошем такого человека?! Он мстил им тем, что еще больше влюблялся в лицемера, дошел даже до целования его башмаков. Именно Оргон — В. О. Топорков страстно, убежденно говорил Дамису: «Нет сына у меня». И подобную трактовку спектакля по достоинству оценили зрители. Спектакль преподал им яркий и очень полезный нравственный урок особенно после того, как доверчивость Оргона терпела сокрушительное поражение!

Или возьмем тоже новаторское «прочтение» в спектакле «На дне» М. Горького (театр «Современник») столь спорного образа, как Лука. По замыслу режиссера Г. Волчек актер И. Кваша играет его без подчеркнутого разоблачительства философии странника, но и без «сияния святости». Однако за внешней сдержанностью, скромностью, ненавязчивостью Луки постепенно проявляется большое душевное тепло, искреннее сочувствие к людям, горячее желание помочь им в горестях и страданиях. Это — доброта, в которую странник истово верит, а не заученное показное, добренькое поведение профессионального утешителя, каким его нередко играли. И вот что интересно: в результате такой трактовки получался резкий контраст между благими стремлениями Луки и его неспособностью оказать реальную помощь ближним. После убийства содержателя ночлежки Костылева он, волею режиссера, остается один в помещении, лихорадочно мечется, собирая свой нехитрый скарб. В душе его идет отчаянная борьба: сбежать или остаться. Ведь скоро нагрянет полиция, и ему, беспаспортному бродяге, не сдоброваты И он трусливо покидает ночлежку, понимая, что предает тех, кто ему поверил. Этим, думается, еще больше, острее разоблачается так называемый абстрактный гуманизм стремлений, порывов, гуманизм добрых слов, а не дел!

Или еще пример знаменитого спектакля «Мещане» по М. Горькому в Ленинградском академическом Большом драматическом театре, носящем имя писателя. Спектакль долгие годы собирает полные зрительные залы, хотя многократно показывался по телевидению. И дело тут не только в драгоценнейшем общении с прекрасными «живыми» актерами, в сопереживании, сотворчестве с ними, но и в другом. Зрителя, несомненно, привлекает то, что многие образы, как, впрочем, и вся пьеса, трактованы постановщиком Г. Товстоноговым свежо и оригинально. Возьмем, для примера, Бессеменова в исполнении Е. Лебедева. Это не только, вернее, не столько «образцовый мещанин», но и довольно умная, сильная личность. Понимает он многое, например, с нескрываемой иронией относится к своим «неулалым» детям, из чего рождается горькая, откровенная досада на Нила: вот кто бы достойно продолжил его дело, но тот пошел по иному, чуждому Бессеменову пути. Разрыв с Нилом глава семьи переживает с глубоким драматизмом, как крушение последних надежд. И нам становится ясно: раз уж такие, как Бессеменов, сломались, значит мещанство, в том числе и сегодняшнее — обречено, хотя еще и представляет немалую реальную опасность. Оно только приспособилось к новым временам: вместо канареек и герани — ковры, хрусталь, автомашина, престижная библиотека… Но его суть та же: удовлетворение только материальных потребностей, приводящее в итоге к духовному убожеству, безнравственности.

Из приведенных примеров нетрудно сделать вывод, что при всей оригинальности решений режиссер обязан, переводя язык драматургии на язык сцены, передать дух. суть пьесы, передать через актеров, с помощью музыки, сценографии и других театральных выразительных средств. В этом проявляются прежде всего его идейные позиции, а также организаторские способности, одаренность, уровень профессиональной подготовленности.

А теперь попытаемся увидеть, понять, оценить его работу при более подробном рассмотрении нескольких спектаклей, основным зрителем которых являются молодые люди.

Прокомментировать