Каменные громады и бушующие стихии

Каменные громады и бушующие стихии сменяются мирными рощами, плодовыми деревьями, ароматными цветами, чириканьем птиц — настоящей сельской идиллией. Красочно представлено в оде и описание царской охоты. Однако и здесь, как в «Оде о ветре», природа для поэта не самоцель.

Ода начиналась с рассказа поэта царю Сяну о любовной встрече одного из царей-предков. Когда-то этот царь, охваченный внезапной усталостью во время охоты, заснул и полюбил явившуюся ему"во сне красавицу. В честь своей любимой — «девы с горы Жриц» —он и воздвиг затем в горах храм «Утренней тучки».

Царь Сян загорается желанием также отправиться к бессмертной красавице, и тогда поэт в поучение царю рисует картины природы как аллегорию сложного и опасного пути любовной страсти.

К .встрече с бессмертной, учит поэт, следует готовиться в храме: поститься, принести торжественную жертву, взять на охоте большую добычу, и лишь тогда красавица появится перед ним. Эта любовь очистит царя, сделает его более мудрым и человечным. Такое заключение оды говорит, что в ней представлена еще не любовная лирика в чистом виде, а воспевание обряда ритуального бракосочетания, связанного с охотой и магией плодородия.

Другой богине посвящает Сун Юй «Оду о бессмертной», которую иногда считают продолжением предшествующей. Здесь впервые в китайской литературе он описывает женский образ — лицо, фигуру, наряды — и, наконец, чувство любви как очищение, возникающее с первого взгляда и не покидающее влюбленного до гроба. Детализпрованпость портрета бессмертной занимает, как и описание природы в предшествующем произведении, многие строки и производит впечатление гимна в честь красоты.

В этих одах мир героев земных и мифических почти так же близок друг другу, как и в поэзии Цюй Юаня, но уже в другом плане — мифический образ у Сун Юя превращается в изобразительное средство, становится художественным приемом. Эпизоды рисуются как чудесные, неземные (встреча во сне), героини в них — бессмертные богини, герой — человек высокого сана, rocy-t дарь или поэт, по, несмотря на это, описание любви уже переходит в личное чувство, в поэзию любовной тоски. Так Сун Юй создает свой жанр, похожий на описание любви «аркадцев» — любви с первого взгляда и встречи на лоне природы, который нашел впоследствии продолжателей (например, Цао Чжи в оде «Богиня реки Ло», III в.). В этом жанре даже прославление богини превращается у Сун Юя в изящное стихотворение.

Игровой характер, приданный им этой лирике, соответствовал, вероятно, тому отношению к любви, которое стало господствовать в развитом рабовладельческом обществе. И все же воспеть красоту простой сельской девушки (ода «Распутный Дэнту») поэт осмелился лишь в одном единственном случае, вызвав при этом возмущение придворных. Правда, эта тема развивалась им в связи с необходимостью оправдаться от клеветы завистника (ср. «Ответ чускому царю»).

Вельможа Дэнту стал чернить Сун Юя, отговаривая царя брать его с собой при посещении гарема. Поэт-де красив, говорит красноречиво, намеками, но распутен. Царь предложил Сун Юю оправдаться, в противном же случае — покинуть двор. Далее в оде представлена защитительная речь обвиняемого и в какой-то мере отражена процедура суда.

Сун Юй не стал отрицать ни своей красоты, ни острословия («красивая внешность дарована мне природой, искусство говорить намеками — передано учителем, по распутства за мной не водится»). Однако ему казалось недостаточным снять с себя подозрения, и дальше он построил свою речь так, чтобы не только обелить себя, но и уничтожить интригана.

Сун Юй создает два женских образа приемом контраста — несравненной красавицы и отвратительного урода. Средства для их создания очень просты. Для первого — это сравнение путем ступенчатого сужения образов («самые красивые девушки мира живут в царстве Чу, красивейшие в Чу живут в деревне Сун Юя, а первая из красавиц — дочь его соседа»); затем описание ее совершенств («будь она на волос выше, была бы слишком высока; будь она на волос ниже, была бы слишком мала. Одна крупинка белил сделала бы ее слишком бледной; одна крупинка румян — слишком .румяной…»); и, наконец, гиперболическое изображение силы ее красоты — «стоит ей улыбнуться, и сведет с ума [весь город] Япчэи, потеряют голову все в [городе] Сяцай». Создавая же образ уродливой женщины, поэт наделяет се всевозможными физическими недостатками (хромотой, заячьей губой, кривыми зубами), болезнями (покрыта паршой), .неаккуратностью (всклокоченными волосами). Эти два простых и оригинальных образа и служат для проверки характеров оклеветанного и клеветника.

Комментарии закрыты.